Нганасаны - малые народы России

Нганасаны, ня (самоназвание), самоеды-гавгийцы (устаревшее название). Численность в Российской Федерации 1262 человека, в том числе Таймырском (Долгано-Ненецком) автономном округе 849 человек. Разделяются на две группы: западную (авамские нганасаны, с центрами в поселках Усть-Авам и Волочанка) и восточную (вадеевские нганасаны, с центром в поселке Новая). Говорят на нганасанском языке. Различают авамский и вадеевский выговоры. Вадеевские нганасаны владеют долганским языком. Язык нганасанов бесписьменный. По официальным данным, нганасаны прежде считались шаманистами; ныне многие сохраняют традиционные верования.

Современные нганасаны отчасти являются потомками самого северного тундрового населения Евразии — неолитических охотников на дикого оленя. Данные археологии показывают тесную связь первых жителей полуострова с населением бассейна Средней и Нижней Лены, откуда они проникли на Таймыр 6 тыс. лет назад. Вплоть до XXI века. н. э все последующие мигранты не изменили хозяйственных традиций, ориентированных в основном на оленью охоту. С XII до XXVII века следует лакуна в археологических источниках. С начала XXVII века появляются письменные документы о том, что население полуострова было обложено российским государственным налогом (ясак). С вхождением территории нганасанов в состав России на ней возникли зимовья с небольшими вооруженными отрядами, а также зимовья русских промышленников-охотников. Нганасаны как особый этнос сложились на Таймыре во второй половине XXVII — начале XXVIII веков. В его состав вошли различные по происхождению племенные группировки (пясидская самоядь, кураки, тидирисы, тавги и др). Они наложились на древнее население, как полагают, палеоазиатское, занимавшееся охотой на северных оленей. Этнически группы прищельцев в разное время представляли собой западную периферию юкагиров, северные группы тунгусов (те и другие — лесные и тундровые охотники) и западные группы самодийцев с развитым санным домашним оленеводством. Более высокий уровень хозяйства и его организации, возможности быстрого свободного передвижения оленных санных групп и другие причины привели к консолидации местного населения по языку и в значительной степени по культуре. Тем не менее черты древних пеших тундровых охотников на оленя у нганасанов и близких им энцев проступают наиболее ярко по сравнению с другими полярными народами Евразии. К этим древним чертам, в частности, относится организация оленной облавной сухопутной охоты и охоты с лодок на речных переправах. В период консолидации нганасаны постепенно восприняли самодийский способ тундрового санного крупностадного миграционного оленеводства с постоянным кочеванием весной (на север) и осенью (к югу). К середине XIX века нганасаны уже считались традиционными оленеводами. Рыбоводство было второстепенным занятием. Наличие стад домашних и охота на диких оленей, расположения кочевий в наиболее северных пределах полуострова, пользование самодельными орудиями труда и охоты позволяли им быть совершенно независимыми почти до конца XIX века. В XVIII — XIX веках нганасаны регулярно платили государственный ясак. В русских зимовьях происходил обмен оленьих шкур и пушнины на металлические предметы, ружья, порох, свинец. Широко известны были металлические изделия нганасанов, инкрустированные медью железные скребки для выделки шкур, наконечники копий, ножны и др.

К XVII веку кочевья племенных группировок, из которых складывались нганасаны, простирались по всему полуострову, включая и территорию правобережья Хатантской губы. С XVIII века на Таймыр с юго-востока стали проникать якуты, постепенно ассимилируя местных тунгусов и русских. Складывавшийся на этой основе новый этнос — долганы, потеснили нганасанов к западу и северу. Ненцы, перейдя на правобережье Енисея и постепенно ассимилируя ненцев, оттеснили нганасанов к востоку, в центр равнины полуострова. Основные пути оленеводческих кочевых коллективов нганасанов пролегали по Северо-Сибирской низменности, заключенной между плато Бырранга на севере и плато Путорана на юге (между 69° и 76° северной широты). Северные их пределы на востоке Таймыра достигали 77° северной широты, огибая озеро Таймыр. Практически все кочевья располагались в зоне тундры. К зиме подходили к лесотундре, размещаясь по водоразделу бассейна реки Пясины и северным притокам рек Хета и Хатанга.