Трагедия “потерянного поколения” в творчестве Э. М. Ремарка

Трагедия"потерянного поколения" в творчестве Э. М. Ремарка

«Мы хотели было воевать против всего, всего, что определило наше прошлое, -против лжи и себялюбия, корысти и бессердечия; мы ожесточились и не доверялиникому, кроме ближайшего товарища, не верили ни во что, кроме таких никогда насне обманывавших сил, как небо, табак, деревья, хлеб и земля; но что же из этогополучилось? Все рушилось, фальсифицировалось и забывалось. А тому, кто не умелзабывать, оставались только бессилие, отчаяние, безразличие и водка. Прошловремя великих человеческих и мужественных мечтаний. Торжествовали дельцы.Продажность. Нищета.»

Этими словами одного из своих героев Э. М. Ремарк высказал сущностьмировосприятия своих ровесников — людей «потерянного поколения», — тех, ктопрямо со школьной скамьи уходил в окопы первой мировой войны. Тогда онипо-ребячески ясно и безоговорочно верили всему, чему их учили, что слышали, чтопрочли о прогрессе, цивилизации, гуманизме; верили звонким словосочетаниямконсервативных или либеральных, националистических или социал-демократическихлозунгов и программ, всему, что им втолковывали в родительском доме, с кафедр, со страниц газет …

Но что могли значить любые слова, любые речи в грохоте и смраде ураганногоогня, в зловонной грязи траншей, заливаемых туманом удушливых газов, в теснотеблиндажей и лазаретных палат, перед бесконечными рядами солдатских могил илигрудами искромсанных трупов, — перед всем страшным, уродливым многообразиемежедневных, ежемесячных, бессмысленных смертей, увечий, страданий и животногостраха людей — мужчин, юношей, мальчиков???

Все идеалы разлетелись в прах под неотвратимыми ударами действительности. Ихиспепеляли огненные будни войны, их топили в грязи будни послевоенных лет. Тогда, после нескольких коротких вспышек и долгого угасания немецкой революции, на рабочих окраинах трещали залпы карателей, расстреливавших защитниковпоследних баррикад, а в кварталах «шиберов» — новых богачей, нажившихся навойне, — не прекращались оргии. Тогда в общественной жизни и во всем бытунемецких городов и городков, еще так недавно гордившихся безупречнойопрятностью, строгим порядком и бюргерской добропорядочностью, воцарилисьнищета, распутство, нарастали разруха и неурядицы, опустошались семейныекопилки и человеческие души …

Внезапно оказалось, что война и первые послевоенные годы уничтожили нетолько миллионы жизней, но и идеи, понятия; были разрушены не толькопромышленность и транспорт, но и простейшие представления о том, что хорошо ичто плохо; было расшатано хозяйство, обесценивались деньги и нравственныепринципы.

Те немце, которые поняли настоящие причины и настоящий смысл войны и вызванныхею бедствий и были достаточно мужественны, пошли за Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург, за Кларой Цеткин и Эрнестом Тельманом.

Но и они были в меньшинстве. И это явилось одной из причин последующейтрагической судьбы Германии. Однако многие из немцев не поддержали и даже несмогли понять революционной борьбы пролетариата. Одни искренне, но бездеятельносочувствовали и сострадали, другие ненавидели или боялись, а подавляющеебольшинство растерянно и недоуменно смотрело со стороны на то, что казалось импродолжением братоубийственных кровопролитий большой войны, они не различалиправых и виноватых. Когда отряды спартаковцев и красногвардейцев вели отчаянныебои за право жить, на труд и счастье для всего немецкого народа, сражаясьпротив многократно превосходящих сил реакции, многие немцы вместе с героемромана Ремарка лишь скорбно отмечали: «Солдаты воюют против солдат, товарищипротив товарищей».

Особенно остро и мучительно проявляется этот трагический нейтрализм всознании и мироощущении тех мыслящих и честных бывших солдат, которые послестрашного опыта войны и первых послевоенных лет утратили доверие уже к самимпонятиям «политика», «идея», «цивилизация», не представляя себе даже, чтобывает честная политика, что есть благородные идеи, что возможна цивилизация, не враждебная человеку.