Сатирические и утопические мотивы в романе Ф. Рабле "Гаргантюа и Пантагрюэль"

В первой части описываются два ярких эпизода. Первый — это «панурговостадо», Мотив его заимствован у итальянца Фоленго. Такую же шутку проделалгерой его поэмы «Бальдус». Этот эпизод полон иронии и тонко характеризуетпсихологию Панурга. Второй — описание бури и поведения во время нее пассажировкорабля — Пантегрюэля, Панурга, Брата Жана, Эпистемона. Корабль тонет, ивсплывают черты, раскрывающие образы этих героев.

С каждой главой усиливаются сатирические аллегории, направленные на укладкатолической церкви. Вот остров, где царствует враждебный всему естественномуПостник, который приводит на память притчу о Физисе и Антифизисе. Антифизис (Противоестество) плодит детей, ходящих вверх ногами, а так же монахов, христопродавцев, «святош», «неуемных кальвинистов, женевских обманщиков», бесноватых «путербеев» и «прочих чудищ, уродливых, безобразных ипротивоестественных. А с самого Постника Рабле нарисовал портрет типичногофанатика.

Далее следовали острова Папефигов (показывающих фигу папе, т. е.кальвинистов) и папоманов. Некогда папефиги были веселы и богаты, но однажды ихугораздило показать папе фигу, и тогда папоманы вторглись на их остров иразорили его. Зато папоманы чувствуют себя отлично. Они покланяются папскимДекреталиям. Как известно, сборник папских постановлений, носящий это название, односторонним решением пап был объявлен источником канонического права, иименно Декреталии санкционировали всякого рода вымогательства курии; Благодаряих «златекучей энергии» Франция ежегодно отдавала Риму в виде дани четырестатысяч дукатов. На этом заканчивается четвертая книга.

Вскоре после ее окончания король заключил мир с папой, и Рабле, предчувствовавший это, перед самым окончанием книги поспешил скрыться. Книгаэта, как и три предыдущие, была осуждена, а Рабле вернулся в Париж и умер тамво второй половине 1553 г.

В 1562 г. появилась в печати «пятая книга» под названием «Остров звонкий».Скорее всего, перу Ф. Рабле принадлежат лишь наброски, весь текст написан, возможно, каким-нибудь его другом или последователем. В художественном планеэта книга уступает четырем книгам Рабле, в ней слишком уж много аллегорий ирезких нападок на церковь. Впрочем, когда она издавалась, было сравнительнобезопасное время. Верх взяли войны гугенотов, и проблемы Декреталий и Острова Звонкогоотошли на второй план.

Рабле — ученый и гуманист. Он и филолог и естествовед, а кроме того, онпредставители словесности, как необходимого орудия для овладения материальныммиром и для пропаганды.

Проза Рабле рассчитана на массового, демократического писателя, и завоеватьего Рабле хотел именно смехом. «Поэтому смех его особенный. Так смеяться, какон не умел никто. Это оглушительный, раскатистый смех во все горло, которыйпонятен каждому, и потому обладает огромной заразительностью, от которого рушитсявсе, над чем он разражается, смех здоровый, освежающий и очищающий атмосферу. Так смеялся у Чосера Мельник, у Пульчи — Морганте. Так будет смеяться СанчоПанса. Так смеются люди из народа. И Рабле знает, чем можно вызвать такой смеху народа». (вступ ст. А. Дживелегова М.:Правда).

Рабле, обладая особым чувством слова и яркой сатирой, описал массузамечательных персонажей, живых, неувядающих образов. Все он — достойные плодыпера Рабле, но все-таки из этой славной компании выделяются два самых ярких — Панурги брат Жан.

Панург — типичный городской житель, порождение улиц ренессансного города. Онне глуп, дерзок, упрям, в нем силен дух авантюризма и озорства, а кроме того, он студент-недоучка и голова его завалена кучей разнообразных знаний. О егодобродетельности и честности говорит тот факт, что он знал массу способовдобывания денег, из которых самым честным было воровство. Настоящей, крепкойустойчивости в его натуре нет. Он может в критическую минуту пасть духом ипревратиться в жалкого труса, который только и способен восклицать: «О! Горемне, горе», как это было в эпизоде о разыгравшейся буре. Панург задолго довстречи с Пантагрюэлем отбросил в сторону этические принципы и общественнуюмораль, в нем прочно сложился характер плута и эгоиста. Он пародия насреднестатистического городского бродяжку, каких полным-полно бродило по свету. Но в то же время он не лишен какого-то большого обаяния, которым сам зачастуюлюбуется и на которое надеется в критических ситуациях. Но самое главное, чтоон предчувствует лучшее будущее, в котором такие, как он будут иметь место подсолнцем.