С.Ю. Витте и П.А. Столыпин - крупные политические деятели

Политическим строем в России оставалась абсолютная монархия. Хотя в 70-ых годах XIX века был сделан шаг по пути превращения государственного строя в буржуазную монархию, царизм сохранил все атрибуты абсолютизма. Закон гласил: «Император российский есть монарх самодержавный и неограниченный» [2].

До 1905 года высшим государственным органом в России был государственный совет, постановления которого имели рекомендательный характер для царя.

Сенат — высшая судебная инстанция и толкователь законов. Исполнительная власть осуществлялась двумя министерствами, деятельность которых контролировалась комитетом министров.

Россия медленно, но верно начала вмешиваться в борьбу за рынки сбыта. Борьба между Россией и Японией за господство на рынке сбыта в Китае, стала одним из примеров раздела сфер влияния в мире. К сожалению, верхи нередко не совсем верно оценивали реальную социально- политическую ситуацию в обществе и из-за этого совершали непоправимые ошибки. Очередная попытка уйти от реформ посредством «маленькой победоносной войны» с Японией не только не удалась, но и привела к тому, что страна сорвалась в революционную бездну. И царская династия не погибла в ней лишь потому, что возле царя оказались такие выдающиеся люди как С. Ю. Витте и П. А. Столыпин.

Война четко показала неподготовленность русской армии, а также неподготовленность экономики к войне. С. Ю. Витте писал: «Вместо того, чтоб устранить угрозу внутренних потрясений, несчастная война приблизила нас на десятки лет к революции. «Военные расходы, которые понесла Россия в этой войне, превышали 3 млрд. рублей.

С поражением в войне начала нарастать революционная ситуация в стране (1905−1907). Из всего этого можно сделать вывод, что России требовались как политические, так и экономические реформы, которые смогли бы укрепить и оздоровить экономику России. Проводниками этих реформ конца XIX — начала XX явились такие разные политические деятели как С. Ю. Витте и П. А. Столыпин. Оба они не были революционерами и стремились сохранить существующий в России строй и уберечь ее от революционных потрясений «снизу».

Однако, С. Ю. Витте, будучи либералом, полагал, что все изменения в общественной и государственной жизни надо начинать с изменения политического строя: создать качественно новую государственную машину, а уже затем проводить преобразования в экономике. Вряд ли возможно усовершенствовать форму землевладения, решить проблемы аграрного порядка без предварительного перехода от рабства к свободе.

П. А. Столыпин полагал, что, напротив, перемены в политическом строе, в государстве, — не суть главное и, тем более, не есть условие реформ экономических. Отсюда проистекает следующее противоречие в его политической деятельности: программа реформ была рассчитана на буржуазно- демократическое развитие, они и по сути своей буржуазно- демократические (например, в вопросах, касающихся земских органов власти), но Столыпин искренне надеялся осуществить их в рамках прежней, регрессивной, косной для качественно нового уровня капиталистических отношений политической системы. Удивительно, что сам Столыпин был не только убежденным монархистом, но и верил в личность императора- политика, скажем, недалекого. Его путь реформ служит некой моделью «революции сверху» [3].

Реформатор считал, что перемены необходимы, но в той мере и там, где они необходимы для экономической реформы. Пока нет экономически свободного хозяина — нет и базы для других форм свободы (например, политической или личной). Столыпин утверждал, что, пока крестьянин беден, не обладает личной земельной собственностью, пока он находится тисках общины, он остается рабом, и никакой писаный закон не даст ему блага гражданской свободы [4].